Взрослые дети

Когда Борьке было пять, меня бросил муж. Сын страшно переживал, стал заикаться. Рос нервным, замкнутым. И я дала слово: он будет счастлив. Вопреки всему. Вкалывала, чтобы ребенок ни в чем не нуждался: кружки, секции, гаджеты, развлечения, путешествия, репетиторы - у него было все. "Отмазала" от армии - у мальчика тонкая душевная организация. Пристроила на платное в престижный вуз. На дневное - успеет наработаться. Казалось бы, живи и радуйся. Но Борька в институт шел из-под палки: "Не нравится мне программирование!" Чуть не завалил зимнюю сессию, еле сдал летнюю, а на втором курсе забросил учебу. Торчал целый день в Интернете, а вечером гулял с друзьями, возвращаясь навеселе. Есть, спать, играть - Гони его на работу, - убеждали подруги. - Пропадет! Мозги не заняты: ест, спит и на компьютере играет. Ответственности - никакой! Посуду-то хоть моет? - Моет, - огрызалась я и меняла тему. На самом деле Борька не делал ровно ничего. Вставал в час дня, дежурно отзванивался: "Привет, как дела, я проснулся" - и садился к компьютеру. Ни убрать, ни мусор вынести, ни в магазин сходить - одна отговорка: "Забыл, ма". Единственное, что он не забывал, - просить деньги на сигареты, клубы и кино: "Не могу я все время у друзей стрелять!" Я уговаривала его восстановиться в институте, перейти на другой факультет, поступить в другой вуз, наконец. Он обещал подумать, думал и... снова обещал непременно так и сделать к ближайшей сессии. После очередной "ближайшей сессии" я не выдержала и заявила, что больше не дам ни копейки: - Не хочешь учиться - ищи работу! И он нашел. Курьером. За 1,5 тыс. в месяц. Не спозаранку, конечно, но целый день мотался по городу. Приезжал уставший и злой. Потом стал жаловаться, что болит желудок. - Бери с собой бутерброды и термос. - Ты же знаешь, у меня гастрит. - Сын посмотрел на меня взглядом мученика. - Я не могу сидеть на сухомятке. - А от пива и курева у тебя ничто не болит? - съязвила я. - Опять наезжаешь! - взбесился сын. - Если денег жалко, так и скажи!   И пришла... любовь Жаль денег... Для него мне было ничего не жаль, и он это прекрасно знал. Я сама начала работать в 17 лет, параллельно училась на вечернем. Институт окончила с красным дипломом, карьеру сделала. Но наше поколение было крепче, что ли. Модного нынче слова "депрессия" вообще никто не знал. А Борька был... таким слабым, неприспособленным... Не мог за себя постоять, даже драться толком не умел, часто болел, с трудом сходился со сверстниками. Да еще папаше надо сказать спасибо - ни алиментов, ни встреч, ни телефонных звонков, словно и не было его... Я посмотрела на сына. Вид у Борьки был потерянным и несчастным. У меня сжалось сердце - совсем еще ребенок, даром что совершеннолетний... Ладно, нечего здоровье гробить на курьерской работе. Тем более на день рождения я приготовила ему сногсшибательный подарок - поездку в Испанию (подвернулся горящий тур). Борька прихватил друга (у того денег не было, пришлось купить и ему, "в долг"). Вернулись втроем. Рядом с Борькой стояла нахальная девица в рваных джинсах. - Ма, это Лена. Мы в одном отеле жили. А теперь она будет жить у нас, меня сын перед фактом. - У нас все серьезно. - Как серьезно! За две недели?! - Мне перестало хватать воздуха. - Любовь с первого взгляда. - Сын притянул девицу к себе.   Меж двух огней Теперь я кормила их обоих. Лена была старше Борьки на шесть лет. Тоже вылетела из института, болталась на родительской шее, а когда они попытались ее с этой шеи согнать, укатила в другой город. Чем зарабатывала, остается догадываться (хотя по виду можно и предположить), и вот теперь окрутила моего мальчика. А вскоре сын огорошил меня очередной новостью: - Ма, это... Ленка беременна. Покачнувшись, я схватилась за стул. - С ума сошли? Как вы ребенка собираетесь воспитывать? И на что?! - Ну ты же поможешь, правда? - Борька примиряюще обнял меня за плечи, но я почувствовала неискренность этого жеста. - А я буду работу искать. Обещаю. Но его работа свелась только к поискам работы. Он по-прежнему бездельничал целыми днями. Его пассия - тоже, дожидаясь, когда я приду и приготовлю ужин. Я и плакала, и скандалила, а Борька каждый раз меня упрекал: "Как ты можешь, она же беременная! Ей тяжело!" А когда я набрасывалась на него - мол, мог бы и ты помочь, я не железная, - огрызался: "Я работу ищу, по собеседованиям мотаюсь". Я чувствовала себя выдохшейся. Болело сердце, скакало давление. Но дойти до врача не было ни сил, ни времени: работа, дом, Ленкин токсикоз, Борькино плохое настроение... Видимо, любовный угар прошел, они стали часто ссориться.   Еще не муж, уже не мальчик Все же к врачу я пошла. И кардиолог огорошил меня новостью: "Вы перенесли на ногах инфаркт. Немедленно снижайте нагрузки..." Первая мысль была бросить все и уехать. И такой шанс подвернулся - начальник предложил возглавить филиал в другом городе: "Зарплата хорошая, квартира в центре, отличный вид из окна". Я привычно затянула: - Как же я сына оставлю? - Но сын, кажется, уже взрослый? Или вы его до пенсии нянчить будете? И правда, екнуло сердце, ведь это я неуемной любовью и заботой сделала из Борьки безответственного и инфантильного мальчика, который не умел и не хотел решать свои проблемы. Да и зачем, если я тащила его на себе? Мой отъезд - единственный способ заставить его повзрослеть. - Куда это ты? Зачем столько вещей? - позевывая, спросил сын. - Пригодятся. Я уезжаю, сынок. Надолго. Вот деньги, - протянула конверт я, - месяца на три вам хватит. Дальше - сам. Мой начальник, кстати, может предложить тебе кое-какую работу. Глаза сына стали испуганными: - А как же я? А Ленка и ребенок? - Извини, это твоя забота. - Я нежно поцеловала Борьку в лоб. - Взрослый ты какой у меня. И как же я этого раньше не заметила!

Post Author: admin